Постепенный переход к вертикальному положению и походке, зачатки которой отчетливо наблюдаются даже у ныне существующих человекообразных обезьян, и формирование в связи с этим особо подвижных, приспособленных для схватывания предметов передних конечностей, все более освобождающихся от функции ходьбы, что объясняется тем образом жизни, который вели животные предки человека, все это создавало физические предпосылки для возможности производить сложные трудовые операции.

 

 

Подготавливался процесс труда и с другой стороны. Появление труда было возможно только у таких животных, которые жили целыми группами и у которых существовали достаточно развитые формы совместной жизни, хотя эти формы были еще очень далеки даже от самых примитивных форм человеческой, общественной жизни.

 

 

О том, насколько высоких ступеней развития могут достигать формы совместной жизни у животных, свидетельствуют интереснейшие исследования Н.Ю. Войтониса и Н.А. Тих, проведенные в Сухумском обезьяньем питомнике. Как показывают эти исследования, в стаде обезьян существует уже сложившаяся система взаимоотношений и своеобразная иерархия с соответственно весьма сложной системой общения. Вместе с тем эти исследования позволяют лишний раз убедиться в том. что. несмотря на всю сложность внутренних отношений в обезьяньем стаде, они все же ограничены непосредственно биологическими отношениями и никогда не определяются объективно-предметным содержанием деятельности животных.

 

 

Возникновению труда служило наличие у высших представителей животного мира весьма развитых, как мы видели, форм психического отражения действительности.

 

 

Все эти моменты и составили в своей совокупности те главные условия, благодаря которым в ходе дальнейшей эволюции могли возникнуть труд и человеческое, основанное на труде общество.

 

 

Для труда характерны, прежде всего, две следующие взаимосвязанные черты. Одна из них - употребление и изготовление орудий. Другая характерная черта процесса труда заключается в том, что он совершается в условиях совместной, коллективной деятельности, так что человек вступает в этом процессе не только в определенные отношения с природой, но и с другими людьми - членами данного общества. Только через отношение к другим людям человек относится и к самой природе. Значит, труд выступает с самого начала как процесс, опосредствованный орудием и вместе с тем опосредствованный общественно.

 

 

Употребление человеком орудий также имеет естественную историю своего подготовления. Уже у некоторых животных существуют, как мы знаем, зачатки орудийной деятельности в форме употребления внешних средств, с помощью которых они осуществляют отдельные операции. Эти внешние средства - «орудия» животных - качественно отличны от истинных орудий труда у человека.

 

 

Различие между ними состоит вовсе не только в том, что животные употребляют свои «орудия» в более редких случаях, чем первобытные люди. Как бь ни была сложна «орудийная» деятельность животных, она никогда не имеет характера общественного процесса, она не совершается коллективно и не определяет собой отношений общения осуществляющих ее индивидов. Инстинктивное общение индивидов, составляющих животное сообщество, никогда не строится на основе их "производственной" деятельности, не зависит от нее, ею не опосредствсзано.

 

 

В противоположность этому человеческий труд является деятельностью изначально общественной, основанной на сотрудничестве индивидов,  предполагающем хотя бы зачаточное техническое разделение трудовых функций. Следовательно, труд есть процесс воздействия на природу, связывающий между собой его участников, опосредствующий их общение.

 

 

Уже в самую раннюю пору развития человеческого общества неизбежно возникает разделение прежде единого процесса деятельности между отдельными участками производства. Первоначально это разделение имеет, по-видимому, случайный и непостоянный характер. В ходе дальнейшего развития оно оформляется уже в виде примитивного технического разделения труда.

 

 

На долю одних индивидов выпадает теперь, например, поддерживание огня и приготовление на нем пищи, на долю других -добывание самой пищи. Одни участники коллективной охоты выполняют функцию преследования дичи, другие - функцию поджидания ее в засаде и нападения.

 

 

Продукт этого процесса в целом, отвечающий потребности коллектива, приводит также к удовлетворению потребности и отдельного индивида, хотя сам он может и не осуществлять тех конечных операций, которые уже непосредственно ведут к овладению предметом данной потребности. Генетически (то есть по своему происхождению) разделение предмета и мотива индивидуальной деятельности есть результат происходящего вычленения из прежде сложной и многофазной, но единой деятельности отдельных операций. Эти-то отдельные операции, исчерпывая теперь содержание данной деятельности индивида, и превращаются в самостоятельное для него действие, хотя по отношению к коллективному трудовому процессу в целом они продолжают, конечно, оставаться лишь одним из частных его звеньев.
Естественными предпосылками этого вычленения отдельных операций и приобретения ими в индивидуальной деятельности известной самостоятельности являются, по-видимому, два следующих главных (хотя и не единственных) момента. Один из них - совместный характер инстинктивной деятельности и наличие примитивной «иерархии» отношений между особями, наблюдаемой в сообществах высших животных (например, у обезьян). Другой важнейший момент -выделение в деятельности животных, еще продолжающей сохранять цельность, двух различных фаз - фазы подготовления и фазы осуществления, которые могут значительно отодвигаться друг от друга во времени. Так, например, опыты показывают, что вынужденный перерыв деятельности на одной из ее фаз позволяет отсрочить дальнейшую реакцию животных лишь весьма незначительно, в то время как перерыв между фазами дает у того же самого животного отсрочку в десятки и даже сотни раз большую (опыты А.В. Запорожца).

 

 

Однако, несмотря на наличие несомненной генетической связи между двухфазной интеллектуальной деятельностью высших животных и деятельностью отдельного человека, входящей в коллективный трудовой процесс в качестве одного из его звеньев, между ними существует и огромное различие. Оно остается в различии тех объективных связей и отношений, которые лежат в их основе, которым они отвечают и которые отражаются в психике действующих индивидов.

 

 

Итак, сложная деятельность высших животных, подчиняющаяся естественным вещным связям и отношениям, превращается у человека в деятельность, подчиняющуюся связям и отношениям изначально общественным. Это и составляет ту непосредственную причину, благодаря которой возникает специфически человеческая форма отражения действительности - сознание человека.

 

 

Таким образом, вместе с рождением действия, этой главной «единицы» деятельности человека, возникает и основная, общественная по своей природе единица человеческой психики -разумный смысл того, на что направлена активность человека.