Материальную основу сложного процесса развития психики животных составляет формирование «естественных орудий» их деятельности, т.е. органов и присущих этим органам функций. Эволюция органов и соответствующих им функций мозга, происходящая внутри каждой из стадий развития деятельности и психики животных, постепенно подготавливает возможность перехода к новому, более высокому строению их деятельности в целом. Возникающее же при этом переходе изменение общего строения деятельности животных, в свою очередь, создает необходимость дальнейшей эволюции отдельных органов и функций, которая теперь идет уже в новом направлении. Это изменение направления развития отдельных функций при переходе к новому строению деятельности и новой форме отражения действительности обнаруживается очень ясно.

 

 

Выделим общее, что делает деятельность животных и их психику качественно отличными от человеческой деятельности и от человеческого сознания.

 

 

Как показали исследования А.Н. Леонтьева, первое отличие всякой деятельности животных от деятельности человека состоит в том, что она является деятельностью инстинктивно-биологической. Иначе говоря, деятельность животного может осуществляться лишь по отношению к предмету жизненной, биологической потребности или по отношению к воздействующим свойствам, вещам и их соотношениям, которые для животного приобретают смысл в связи с удовлетворением определенной биологической потребности. Поэтому всякое изменение деятельности животного выражает собой изменение фактического воздействия, побуждающего данную деятельность, а не самого жизненного отношения, которое ею осуществляется.

 

 

Итак, деятельность животных всегда остается в пределах инстинктивных, биологических отношений к природе. Это общий закон деятельности животных. У животных отсутствует мир внутренних переживаний, т.е. выделение в сознании отражаемой реальности как объективной, которое присутствует у человека.

 

 

Второе отличие состоит в том, что возможности психического отражения животными окружающей их действительности также являются принципиально ограниченными. В силу того, что животное вступает во взаимодействие с многообразными, воздействующими на него предметами среды, перенося на них свои биологические отношения, они отражаются им лишь теми своими сторонами и свойствами, которые связаны с осуществлением этих отношений.

 

 

Так, если в сознании человека, например, фигура треугольника выступает безотносительно к наличному отношению к ней и характеризуется прежде всего объективно - количеством углов и т.д., то для животного, способного различать формы, эта фигура выделяется лишь в меру биологического смысла, который она имеет. При этом форма, выделившаяся для животного из ряда других, будет отражаться им неотделимо от соответствующего ей биологического отношения. Поэтому, если у животного не существует инстинктивного отношения к данной вещи или к данному воздействующему свойству и данная вещь не стоит в связи с осуществлением этого отношения, то в этом случае и сама вещь как бы не существует для животного. Оно обнаруживает в своей деятельности безразличие к данным воздействиям, которые хотя и могут быть предметом его восприятия, однако никогда при этих условиях не становятся им.

 

 

Именно этим объясняется ограниченность воспринимаемого животными мира узкими рамками их инстинктивных отношений.

 

 

Третье отличие заключается в том, что в противоположность человеку для животного всякий предмет окружающей действительности всегда выступает неотделимо от его инстинктивной потребности и само отношение к нему животного никогда не существует для него как таковое, само по себе, в отделенности от предмета. Когда человек вступает в тс или иное отношение к вещи, то он отличает, с одной стороны, объективный предмет своего отношения, а с другой - само свое отношение к нему. Такого именно разделения и не существует у животного.

 

 

Четвертое отличие заключается в «речи» животных. Особенности взаимоотношений животных друг с другом определяют собой особенность их «речи». Как известно, общение животных выражается нередко в том. что одно животное воздействует на других с помощью звуков голоса.

 

 

В данном случае сходство с речевым общением человека только внешнее. Енутренне же эти процессы в корне различны. Человек выражает в своей речи некоторое объективное содержание и отвечает на обращенную к нему речь не просто как на звук, устойчиво связанный с определенным явлением, но именно на отраженную в речи реальность. Совсем друое мы имеем в случае голосового общения животных. Легко показать. что животное, реагирующее на голос другого животного, отвечает не на то. что объективно отражает данный голосовой сигнал, но на самый этот сигнал, который приобрел для него определенный биологический смысл.

 

 

Из того факта, что голосовое поведение животных является инстинктивным, однако, не следует, что оно вовсе не связано с психическим отражением ими внешней объективной действительности. Однако для хоботных предметы окружающей среды неотделимы от самого отношения их к этим предметам. Поэтому и выразительное поведение хивотного никогда не относится к самому объективному предмету. Это ясно видно из того, что та же самая голосовая реакция животного повторяется им не при одинаковом характере воздействующих предметов, но при одинаковом биологическом смысле данных воздействий для животного, хотя бы воздействующие объективные предметы были при этом совершенно различны. Крики связаны с теми или иными явлениями действительности не по их объективно сходным признакам, но лишь по сходству инстинктивного отношения к ним животного. Они относятся не к самим предметам действительности, но связаны с теми субъективными состояниями животных, которые возникают в связи с этими предметами.

 

 

Итак, общение животных и по своему содержанию, и по характеру осуществляющих его конкретных процессов также полностью остается в пределах их инстинктивной деятельности. Биологическая ограниченность интеллектуального поведения обезьян проявляется в том, что оно всецело определяется образом жизни и чисто биологическими закономерностями.

 

 

Совсем иную форму психики, характеризующуюся совершенно другими чертами, представляет собой психика человека - человеческое сознание.

 

 

Переход к человеческому сознанию, в основе которого лежит переход к человеческим формам жизни, к человеческой общественной по своей природе трудовой деятельности, связан не только с изменением принципиального строения деятельности и возникновением новой формы отражения действительности. Психика человека не только освобождается от тех черт, которые являются общими для всех рассмотренных нами стадий психического развития животных, и не только приобретает качественно новые черты.

 

 

Выделяются три специфических условия возникновения сознания у человека в процессе биологической эволюции. Первое условие -опосредованность отношения человека к природе трудовыми связями с другими людьми, второе условие - активное воздействие на природу, третье условие - возникновение языка.

 

 

Наличие общественного сознания людей выступает главным условием существования индивидуального сознания.

 

 

Главное состоит в том, что с переходом к человеку меняются и сами законы, управляющие развитием психики. Если для всех представителей животного мира этими общими законами, которым подчинялись законы развития психики, были законы биологической эволюции, то с переходом к человеку развитие психики начинает подчиняться законам общественно-исторического развития.

 

 

Прежде чем говорить о законах социогенеза, следует рассмотреть доказательства происхождения человека от животных.

 

 

Антропогенез. Общие закономерности строения и развития организма человека сформированы еще миллиарды лет назад на основе   генетического   кода.    В   наших   генах   содержится значительная часть генофонда древних рыб, первых хордовых и даже некоторых беспозвоночных животных. Солевой состав крови близок к солевому составу древнего океана. Человек - представитель класса млекопитающих, он позвоночное животное и поэтому родственен оыбам. земноводным, пресмыкающимся и птицам.

 

 

В табл. 1 указаны основные черты человеческого тела, унаследованные им от животных. Появление этих основных черт характеризует крупные изменения, приведшие к прогрессивному развитию позвоночных животных.

 

Таблица 1 Основные черты человеческого тела, унаследованные от животных
 

 

 

Человек-примат. Еще К. Линней в XVHI в. впервые отвел ему место в отряде приматов класса млекопитающих и дал видовое название - Homo sapiens (человек разумный). Показав на основе сходства строения тела систематическое положение человека как представителя царства животных. К. Линней сделал важнейший шаг для решения проблемы происхождения человека. Этот вопрос в XIX в. разработал Ч. Дарвин и его последователи - Т. Гексли, Э. Геккель и Э. Дюбуа. Выйдя из животного царства, человек разумный остается одним из его членов, хотя и находится на особом положении. Положение человека в системе органического мира по биологической классификации описывается следующим образом: царство -животные; подцарство - многоклеточные: раздел - двусторонне-симметричные: тип - хордовые; подтип - позвоночные; группа -челюстноротые: класс - млекопитающие: отряд - приматы; подотряд - обезьяны; секция - узконосые; надсемейство - высшие узконосые, или гоминоиды: семейство - гоминиды: род - человек; вид - человек разумный.

 

 

Идея об объединении человека и человекообразных обезьян в единое надсемейство основывается на большом сходстве их анатомических и физиологических особенностей. Впервые это установил Т. Гексли. Он провел сравнительно-анатомические исследования, где доказал, что анатомические различия между человеком и высшими обезьянами менее значительны, чем между высшими и низшими обезьянами.

 

 

К общим систематическим признакам отнесены:

1. во внешнем облике человека и человекообразных обезьян много общего: крупные размеры тела, длинные по отношению к туловищу конечности, длинная шея. широкие плечи, отсутствие седалищных мозолей, выступающий из плоскости лица нос, сходная форма ушной раковины, тело антропоидов покрыто редкой шерстью без подшерстка, через которую просвечивает кожа, схожесть мимики:
2. во внутреннем строении сходное число долей в легких, число сосочков в почке, наличие червеобразного отростка слепой кишки, почти одинаковый узор бугорков на коренных зубах, сходное строение гортани и др.;
3. сроки полового созревания и продолжительность беременности у человекообразных обезьян почти такие же, как у человека;
4. исключительно близкое сходство отмечается по биохимическим показателям: четыре группы крови, сходные реакции белкового обмена, заболевания;
5. человек и антропоиды близки также по числу хромосом (46 хромосом у человека, 48 - у шимпанзе, гориллы, орангутанга), по их форме и размерам; сходство в первичной структуре таких важнейших белков, как гемоглобин, миоглобин и др. Не случайно человекообразные обезьяны - незаменимые экспериментальные животные для изучения многих болезней человека.

Однако между человеком и антропоидами есть и существенные различия:

 

1. в большой степени они обусловлены приспособленностью человека к прямохождению;
2. позвоночник человека S-образно изогнут, стопы имеют свод, что смягчает сотрясение при ходьбе и беге;
3. при вертикальном положении туловища таз человека принимает на себя давление внутренних органов,  поэтому его строение существенно отличается от таза антропоидов: он низкий и широкий, прочно сочленен с крестцом;
4. существенные отличия в строении кисти. (Большой палец руки человека хорошо развит, сильно противопоставляется остальным и очень подвижен. Благодаря такому строению кисти рука способна к разнообразным и тонким движениям. У антропоидов в связи древесным образом жизни кисти рук крюкообразные, а тип стопы хватательной. При вынужденном передвижении по земле человекообсазные обезьяны опираются на наружный край стопы, сохраняя рав-овесие с помощью передних конечностей. Даже горилла, которая ходит на всей стопе, никогда не находится в полностью выпрямлением положении);
5. различия в строении черепа и мозга. (Череп человека не имеет костных гребней  и сплошных надбровных дуг,  мозговая часть преобладает над лицевой, лоб высокий, челюсти слабые, клыки маленькие, -а нижней челюсти имеется подбородочный выступ. У обезьян, нас борот, сильно развита лицевая часть, особенно челюсти. Мозг человео в 2-2.5 раза больше мозга человекообразных обезьян. Теменные, височные и лобные доли, в которых расположены важнейшие центры психических функций и речи, сильно развиты);
6. у обезьян можно выделить только две формы мышления. Первая заключается в установлении связей между предметами или явлениями, которые воспринимаются животными непосредственно. Вторая форма мышления белее сложная. Она выражается в установлении связей между непосредственно воспринимаемыми предметами (явлениями) и зрительными следами (представлениями) других предметов (явлений).

Таким образом, из данных сравнительной анатомии и сравнительной физиологии установлено, что человекообразные обезьяны являются нашими ближайшими родственниками в эволюционном ряду. Незаполненным оставалось одно звено в эволюционной цепи, связывающей человека с животным миром, а именно звено психологическое.